Когда Европейский Союз формировался в тени Второй мировой войны, его целью была экономическая интеграция, а не жесткая сила, пишет в своем анализе европейское издание Politico. Оно напоминает, что в то время безопасность континента была доверена США, а политика и институты создавались на основе консенсуса.
Но этого мира больше не существует, а в Европейском Совете — встрече лидеров 27 членов — решения принимаются все сложнее. Проблемы, стоящие перед обществом, особенно в сфере обороны и внешней политики, растут.
Европа находится в постоянном кризисе, а архитектура принятия решений в ЕС просто не создана для таких условий, прокомментировал Politico бывший генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен.
Только за последние месяцы ЕС не смог выработать единую позицию по иранской войне, и на своей встрече в марте европейские лидеры спорили по поводу схемы торговли выбросами углерода (предложенной ключевой мерой в новом промышленном кризисе), в то время как Иран блокировал Ормузский пролив.
Источники Politico непреклонны в том, что система торговли выбросами (ETS) вряд ли является такой большой проблемой, как сжигание газовых объектов после забастовок в Катаре и атак на нефтяные скважины и инфраструктуру в ближневосточном регионе. Дипломаты рассказали изданию, что большая часть времени на последних встречах была посвящена таким темам, как финансирование Киева (кредит в 90 миллиардов евро, который был запрошен в октябре, одобрен в декабре и реализован только в апреле), оборона, экономические стимулы и т. д., по которым не удалось найти быстрого единого решения.
Скорость, с которой ЕС принимает решения, общеизвестна. Неслучайно именно этому был посвящен первый визит премьер-министра Нидерландов — 39-летнего Роба Йеттена. «Мы не можем объяснить нашим избирателям, что Европа иногда слишком медленно реагирует на важные вопросы, которые волнуют всех нас», — сказал он.
Незадолго до этого – в ходе Всемирного экономического форума – президент Франции Эммануэль Макрон также призвал к реформированию системы принятия решений. Идею также поддерживает Германия, но меньшие страны непреклонны в том, что они хотят сохранить свое право вето, с помощью которого они могут блокировать все.
Венгрия, например, заблокировала кредит Украине, хотя в целом поддержала его на декабрьской встрече, а затем приостановила его фактическую реализацию до тех пор, пока Киев не отремонтирует нефтепровод «Дружба».
Не вините Европейский Союз
Однако суть ЕС такова – причина его существования – консенсус. Лидеры сообщества, которых сегодня уже 27, периодически встречаются и обсуждают приоритеты, которые определяются после переговоров, споров, компромиссов для достижения общего решения.
Сегодня дипломаты признают, что в рамках этой схемы решить некоторые вопросы труднее, и, вероятно, есть способы сделать ее более эффективной.
По мнению большинства европейских чиновников, оценивать Европейский совет по реагированию на кризисы не очень справедливо, поскольку его суть заключается в постановке долгосрочных целей.
Бывший премьер-министр Бельгии Александр де Круа уверен, что учреждение доказало, что оно может быть решительным и эффективным в своих решениях. «Нельзя винить европейские страны за осторожность и осмотрительность в поисках правильного ответа», — добавил он.
Новые реалии
Но даже если ЕС предсказуем, мир уже не таков, отмечает Politico в своем анализе. В последние десять лет кризисы нарастают, а способы принятия решений становятся неэффективными. Расмуссен, который также был премьер-министром Дании в период 2001-2009 годов, напоминает, что в тот период Россия входила в состав «Большой восьмерки», и альянс США не вызывал никаких сомнений. Тогда у ЕС было пространство для обсуждения кризисов и проблем, но сегодня этого мира не существует, добавил он.
Реформы нужны, но какими они должны быть, говорят политологи. Один из обсуждаемых вариантов — принятие решений квалифицированным большинством (не менее 55% государств, представляющих не менее 65% населения).
Фактически таким образом принимается большое количество решений, отмечает сайт Европейского совета. Решения, касающиеся внешней и налоговой политики, расширения и изменения договоров ЕС, требуют единогласия.
Отмена правила единогласия поднимает вопрос о демократическом управлении ЕС, добавляет Politico. По мнению аналитиков, новые институты также не приведут к необходимым изменениям. По мнению Жиля Питтурса, преподавателя Левенского университета, ЕС мог бы стать более гибким, реформируемым и быстрым, если бы Еврокомиссии было предоставлено больше полномочий.
Однако добиться этого так же сложно, как и снять право вето.
Каждая новость – это актив, следите за Investor.bg и в .
