«Никогда не позволяйте кризису оставаться неиспользованным». Политики, бизнес-организации, всевозможные группы интересов и лоббисты знают эту максиму: в условиях кризиса можно продвигать вещи, о которых в обычное время никто бы не подумал или все сочли бы невозможными или неприемлемыми.
Прошедшая неделя является прекрасной иллюстрацией — каждый день, будь то на встречах с премьер-министром или из средств массовой информации, мы слышим все новые и новые запросы о субсидиях, помощи, компенсациях, налоговых скидках, льготной ставке НДС, кредитных каникулах. И все это преподнесено с необходимой дозой драматизма, чтобы создать впечатление беспрецедентно сложной и непреодолимой ситуации, пишет экономист Лачезар Богданов из Института рыночной экономики (ИПИ).
Здравый смысл подсказывает, что эти запросы должны быть отклонены. Вот пять причин почему:
Во-первых, понимание экономического обмена и человеческого выбора невозможно без центральной и незаменимой роли цен как сигнального механизма. Без свободных цен нет рационального поведения, нет изменений в спросе и предложении, нет основы для рыночной координации миллионов предприятий и потребителей.
Цена на нефть выросла в результате реальной существующей проблемы поставок — война в настоящее время и в обозримом будущем ограничивает поставки нефти (а также природного газа, удобрений, гелия, топлива для реактивных двигателей, алюминия). Более высокая цена должна сигнализировать потребителям – есть проблема с предложением, нужно ограничивать спрос. Экономика должна адаптироваться к более дефицитной (и, следовательно, дорогой) энергии. Если позже проблема, связанная с ограниченным предложением, будет решена, цена упадет – снова сигнал для всех участников рынка.
Если мы продолжим излагать принципиальные аргументы, мы должны также отметить, что Болгария, как и любой нетто-импортер нефти и других сырьевых материалов, неизбежно пострадает от негативных последствий. Любая попытка ввести субсидии или любую другую форму государственной помощи не устраняет ущерба, а лишь перекладывает бремя с одного на другого — чтобы оказать помощь одному, другой должен ограничить государственные расходы или повысить налоги. Конечно, получатели скидок, компенсаций, льгот и как бы их там ни называли, будут пытаться создать иллюзию того, что другим налогоплательщикам не причинен вред – это обманчиво и ложно, пишет экономист.
Действительно ли сейчас существует беспрецедентный кризис? Давайте посмотрим на цены на нефть за последние два десятилетия. В настоящее время мы далеки от ценовых рекордов выше 120 долларов, достигнутых в 2008, 2011, 2012 и 2022 годах. У нас было 68 месяцев, в течение которых среднемесячная цена на нефть марки Brent была выше 90 долларов — начиная с незадолго до мирового финансового кризиса осенью 2008 года, с конца 2010 года до осени 2014 года, а затем почти через год после начала войны России против Украины. Средняя цена на март 2026 года пока составляет чуть менее 95 долларов — значительно выше средней цены за последний год, но далеко не беспрецедентная и беспрецедентная. Экономике – мировой и болгарской – столько раз удавалось адаптироваться в прошлом, что она адаптируется и сейчас.
Мы также должны принять во внимание, что доступность топлива в последние годы значительно возросла. То есть, если принять во внимание покупательную способность денег, в долгосрочной перспективе топливо станет относительно дешевле по сравнению с другими товарами. Неэтилированный бензин фактически подорожал за месяц почти на 15% – бесспорно значительно и резко. Но, во-первых, аналогичные цены мы видели и в 2012-2013 годах. Что еще более важно, если мы посмотрим на динамику цен на бензин, пересчитанную с учетом инфляции потребительских цен, топливо на самом деле намного «дешевле» по сравнению с ростом цен на многие другие товары и услуги.
Фактически, всего несколько месяцев во время мирового кризиса 2008-2009 годов, примерно через год после кризиса из-за пандемии Covid, и месяцы от осени 2024 года до нынешней войны были более доступными. Судя по всему, предприятия и потребители смогли справиться с гораздо более дорогим топливом по сравнению с оборотом, ценами на другие товары и услуги и доходами в то время.
Надо также признать, что возможен и реальный, во много раз больший шок — почему мы исключаем цены на нефть в 150 или 200 долларов за баррель при новом углублении военного конфликта? Тогда часть экономики действительно пострадает серьезно, и потенциальная глобальная рецессия неизбежно отразится на росте нашей страны. На такой момент необходимы бюджетные буферы для покрытия дополнительных расходов в случае потери налоговых поступлений.
Неплохо вспомнить, что вместо того, чтобы иметь профицит в годы экономического роста, Болгария вступила бы в аналогичный кризис с и без того высоким бюджетным дефицитом на грани, а возможно, даже превышающим 3% ВВП.
Короче говоря, будет нехорошо, если цены продолжат расти, но было хуже и в течение гораздо более длительного времени, и хорошо жить в реальности сегодняшнего дня.
Каждая новость – это актив, следите за Investor.bg и в .
