Эскалация вооруженного конфликта между США и Ираном спровоцировала панические настроения на мировых биржах. На фоне блокировки нефтяных путей инвесторы массово избавляются от акций, государственных облигаций и драгоценных металлов, переходя в наличные деньги, формирующие идеальную среду для укрепления американского доллара. Об этом сообщает аналитическое подразделение финансовой группы ING.
► Подписывайтесь на телеграмм-канал «Минфина»: главные финансовые новости
Нефтяной шантаж и бегство от рисков
Перспективы дипломатического урегулирования остаются призрачными. Ультиматум президента США Дональда Трампа по разблокированию Ормузского пролива в течение 48 часов под угрозой уничтожения иранской энергетической инфраструктуры лишь усилил напряжение. Тегеран в ответ подтвердил намерения продолжать блокаду водного пути.
Как следствие, цены на нефть марки Brent уверенно держатся выше 100 долларов за баррель. Такой геополитический тупик запустил на рынках режим «распродажи всего»: капитал стремительно убегает из фондовых индексов, долговых бумаг и металлов. В этой ситуации доллар США выступает главным и едва ли не единственным бенефициаром, особенно в парах с валютами, чувствительными к экономическим циклам.
Иллюзии рынка по политике ФРС
Дальнейшая траектория доллара будет во многом зависеть от риторики представителей Федеральной резервной системы (ФРС) США. В настоящее время рыночные ожидания существенно расходятся с официальными прогнозами регулятора. Участники рынка оценивают вероятность повышения ставки до конца года менее чем в 30%, в то время как точечный график прогнозов ФРС четко указывает на ее снижение в 2026 году.
Аналитики ожидают, что публичные выступления чиновников ФРС могут оказаться более «голубыми» (мягкими), чем ожидает рынок. Регулятор имеет двойной мандат, и война может нанести хрупкому рынку труда США более длительный и глубокий ущерб, чем временный инфляционный всплеск. Впрочем, главным драйвером для доллара будет оставаться нефть: падение индекса DXY ниже отметки 99,0 станет возможным только при появлении реальных оптимистических соглашений по завершению войны.
